Иначе как чудом нашу первую поездку к мощам святителя Николая не назовешь. Это было в 2002 году на Николу Зимнего. Мы тогда неожиданно попали на самолёт, которым Фонд cвятого апостола Андрея Первозванного впервые доставил в город Бари паломников из России.
В эту поездку нас с мужем (к сожалению, мужу не удалось полететь со мной) пригласили наши давние знакомые – отец Владимир и его супруга Наталья. Когда они были еще студентами МГУ, они часто бывали у нас в гостях, а в то время отец Владимир служил в городе Бари в русском храме Николая Чудотворца. Он предложил взять с собой ещё несколько человек:
Батюшка заявил: «Приглашайте малоимущих, для них поездка бесплатная»
– Малоимущих приглашайте, для них поездка бесплатная.
– Малоимущих? Да у нас все малоимущие! Что, всех брать?
– Смотрите сами, список составьте.
Список мы начали с тверских батюшек. Вряд ли кто из них самостоятельно в такие поездки смог бы выбраться: у всех разрушенные храмы и большие семьи, еле концы с концами сводили. И тверских игумений позвали: пусть матушки съездят и кого-нибудь из сестер с собой возьмут. Надо было срочно оформлять документы, только вот беда: ни у кого заграничных паспортов не оказалось. Никто тогда из наших малоимущих за границу выезжать не собирался, поэтому нас поджидали, как обычно, досадные преграды. Кто-то не успевал паспорт получить, у кого-то документов каких-то не хватало. В паломнической службе посочувствовали нам:
– Вы знаете, сколько блатных едет? Кто-то из ваших дома останется, а они уж точно улетят!
А один из батюшек на это сказал:
– Сегодня блатные, завтра – святые. Туда так просто не попадешь, если святитель не пригласит.
Работники паломнической службы удивились:
– Как вы интересно рассуждаете!
А как же иначе? Если рассуждать по-другому, то и ехать напрасно. В самолете рядом со мной оказались две старушки: Евфросиния Никитична – мама Михаила, организатора поездки, которой было 84, и ее подруга Антонина Николаевна 80 лет. Антонина Николаевна опиралась на палочку, потому что ей только что сняли гипс после перелома ноги. В церковь они никогда раньше не ходили, но с нами были на всех службах, ни одной не пропустили.
– Будете причащаться? – спрашиваю я Антонину Николаевну.
– А что, надо? Я ведь никогда не причащалась.
– Вы же к самому святителю Николая приехали! За вас, может быть, дедушка молится.
– И правда, мой дедушка очень верующим был, да и папу Николаем звали.
В гостинице дала им «Подготовку к исповеди». Они весь вечер вспоминали свои грехи и исповедовались вместе со всеми. Но когда все стали подходить к Чаше, бабушек среди причастников я не увидела. Пошла их искать, обошла весь храм, а их нигде нет. «Ну, всё, – думаю, – надо причащаться идти, а не бегать по храму». А после причастия Святых Христовых Таин заметила у колонны Анну Николаевну. Стоит наша бабушка, счастливая, глаза сияют.
– Вас можно поздравить? Вы причастились?
Стоит бабушка счастливая: «Причастилась!» И показывает просфорку
– Да, причастилась! – и показывает мне просфорку. – Мне ее батюшка дал, в Москву с собой повезу.
И тут меня осенила догадка:
– А вы к Чаше подходили?
– Нет, к Чаше не подходила, меня никто не звал, я тут сидела.
Надо было срочно найти Михаила, руководителя Фонда:
– Ваша мама причастилась?
– Да, причастилась.
– А Анна Николаевна – нет! Что будем делать? Она же готовилась!
– Я сейчас попрошу кого-нибудь, не волнуйтесь!
И Михаил подвел Анну Николаевну прямо к мощам святителя Николая, где её причастил кто-то из архиереев. Так что, можно сказать, она причастилась из рук самого Николая Чудотворца.
А разве остальные попали на праздник случайно? Например, сестра тверского монастыря мать Варвара, которая давно уже стала игуменьей, с самого рождения была под молитвенным покровом святителя. Крестилась она в храме этого святого, впервые оказалась в монастыре на Николая Чудотворца, а на праздник святителя её постригали в монашеский чин вместе с матерью Елизаветой, которая тоже оказалась вместе с нами у мощей.
Наша сватья, матушка Надежда, когда она была беременна первенцем, будущим мужем нашей дочери, стояла на праздничной службе. И так в тот день было много народу, что она, когда стала подходить к Чаше, даже испугалась: вдруг ребенка раздавят?!
– Отче Николае! – взмолилась она, – Помоги мне! Будет сын – Николаем назову!
А потом подумала с грустью: вот только к мощам твоим он никогда не попадёт…
Но ее сын, отец Николай, не только попал к мощам, но и как именинник нёс во время крестного хода вместе с другим священником Николаем большую храмовую икону святителя.
Отец Димитрий (он тогда был с нами в Бари) служит в храме святителя Николая и тоже может рассказать, как ему Николай Чудотворец помог. Было это лет пятнадцать назад, когда реставрационные работы шли полным ходом, вернее, не работы, а переживания из-за того, что эти работы слишком медленно продвигаются: денег нет, и не предвидится. И тут встречается отец Дмитрий с одним знакомым батюшкой, у которого богатые благодетели появились, а это значит, что батюшка уже крышу железом покрыл, окна вставил и теперь кресты золотит.
– Как твои дела, отец, как стройка идет? – спрашивает отца Димитрия более удачливый священник.
– Да какие там дела, отче! Даже кирпич не на что купить, а без кирпича какая стройка?
– Молись, отец, молись! – сочувствует отцу Дмитрию батюшка и по плечу его легонько похлопывает.
«Точно, молиться надо! Что-то я за своими делами о самом главном-то и забыл, надо бы опять читать акафисты святителю Николаю!» И стал отец Дмитрий по четвергам молиться вместе с прихожанами Николаю Чудотворцу.
А через месяц приходит ему уведомление, что на его храм какие-то неизвестные люди перечислили значительную сумму денег. Отец Дмитрий несказанно обрадовался и тут же, не мешкая, пустил все деньги на стройку, кирпич закупил. И строители принялись за работу. Через несколько дней позвонил ему тот самый батюшка, который ему молиться советовал:
– «Отец, ты деньги получал?» – «Получал». – «Так их вернуть надо. Эти деньги были мне посланы, только они, непонятно почему, к тебе пришли»
– Отец, ты деньги получал?
– Получал.
– Так их вернуть надо. Эти деньги были мне посланы, только они, непонятно почему, к тебе пришли. У меня ведь тоже храм святителя Николая. Значит, ошибка вышла, верни деньги.
– Да как же я верну, если этих денег у меня уже нет?! Вместо денег кирпич лежит, да и тот с каждым днем тает. Так что прости, отец, не смогу я.
А друг нашего отца Николая, отец Алексий, который тоже ездил с нами, перед отъездом написал икону Николая Чудотворца. Он привез ее освятить на мощах, чтобы потом повесить в своем храме, тоже освященном в честь святителя Николая. Перед отъездом отец Алексий спросил меня:
– Как вы думаете, можно будет икону провести?
– А она большая?
– Нет, небольшая, – и руки сантиметров на тридцать разводит.
– Такую, наверное, можно.
Но когда отец Алексий в аэропорту достал икону, я ахнула:
– Да она в высоту сантиметров шестьдесят, не меньше! Ни за что не пропустят!
Пропустили. И туда, и обратно, никто будто и не заметил. А я вспомнила, что и отец Алексий рассказывал нам, как его святитель Николай спас. Однажды под Рождество возвращался батюшка на машине домой. Машина у него старая, что-то с ней случилось. Остановился он на дороге, и стало его снегом заносить. Машин мало, да и те мимо проносятся. А мороз – самый настоящий, рождественский, от которого вечным сном в сугробах засыпают.
– Ну, всё, – думает, – замерзну я здесь. – Отче Николае, погибаю!
Видит, машина фарами светит и около него останавливается.
– Поможете?
– Помогу, – отвечает водитель.
– Мне до Рамешек. Вам по пути?
– По пути.
Взял его на буксир и довез до самого дома.
– Как вас зовут? – спрашивает водителя отец Алексий.
– Николай.
– Подождите, Николай, я сейчас!
Выбежал отец Алексий из дома – но не только машины, но и следов от автомобиля не оказалось
Отец Алексий в дом вбежал (надо же водителя как-то отблагодарить!), а когда вышел, машины его благодетеля уже не было. Но вот что удивительно: не было не только машины, но и следов от автомобиля – ни к его дому, ни в обратную сторону. На снегу отпечатался только след от его колес.
Вот из таких «блатных», за которых сам Николай Чудотворец ходатайствовал, наша группа и состояла…