Первопроходец

Лёня стремился вперёд всегда. Хотел в университет, а пока учился на электротехника, параллельно заканчивая вечернюю школу, и в 16 лет поступил на вечернее отделение физфака, доучиваясь при этом в техникуме.

Однажды спросили: кто может вести кружок кибернетики во Дворце пионеров? Он взялся. Кружок стал одним из лучших.

Вперёд, в науку! Встречи с парапсихологией, медициной, индийской философией. Потрясающим открытием явилось то, что в Аюрведе слово «Бог» было написано с большой буквы. Одна из «ищущих» соратниц — Люда Чередниченко вдруг крестилась, жена вспомнила, что и она крещена, решила крестить детей. Он был против: можно ли крестить не разобравшись? Возмущённый всеми этими разговорами, он сидел в научно-технической лаборатории и негодовал, и вдруг услышал голос: «Кто ты такой, чтобы препятствовать крещению?» — «Я? Я не буду!» — ответил он, поражённый очевидностью божественного вмешательства.

Чтобы крестить детей, нужно было ехать за город: в городских храмах — регистрация, а это конец научной карьере… У Людочки был знакомый священник в Селище под Киевом. Когда приехали, о. Михаил Макеев спросил: «Детей крестишь, а сам что?» Завязался длинный разговор на всю ночь. Наутро крестились и дети, и отец.

Он принялся изучать Православие. Истово. Не было ни книг, ни учителей. Он всё нашёл, всё изучил. Занялся фотографией, чтоб переснимать книги и иконы. Нина Николаевна Карпова ¹⁾ — «ректор» «подпольной киевской семинарии», окончившая когда-то Парижский Богословский институт, начала с ним заниматься — от и до.

В храмах пели бабульки скрипучими голосами. Он с единомышленниками начал создавать молодёжный хор. Спецы говорили: Леониду медведь на ухо наступил! Он стал учиться. Репетиции, в подспорье — магнитофонные записи… Через какое-то время, уже после Сибири, Сергей Кирилов — регент хоров ирпенского Свято-Троицкого, а позже киевского Крестовоздвиженского храмов, в которых Леонид начинал, был удивлён: «Лёня, ты — певец!» Это была высшая похвала от профессионала.

Во время одной из бесед-исповедей о. Михаил Бойко благословил: рукополагайся! Легко сказать! Власти позволяли рукополагать людей только без образования, а тут — старший научный сотрудник, пишущий диссертацию!

Другой бы унывал, но только не Леонид. В Сибирь! Устроился дворником и певцом при храме в г. Белово. Подал прошение, а пока суд да дело, по благословению тогдашнего Новосибирского владыки Гедеона перевез семью. В храме проводку переделал и… организовал второй хороший молодой хор. Скоро уполномоченный по делам религии получил от «органов» все данные на этого решительного «дворника» и понял, кто он на самом деле такой! И — отказал. С тех пор в Сибирь перебралась многие. «Ты Ермак, ты открыл Сибирь», — скажет о. Михаил Макеев. Двое его друзей — Сергий Ходаковский и Андрей Фёдоров, оба с высшим образованием — были рукоположены. Священник Пётр Здрилюк, которого в Киеве лишили регистрации, получил там разрешение служить.

Назад, в Киев! Росли дети, нужно учить их православной вере. Он создаёт подпольную школу в своём доме, где по воскресеньям после службы у детей были два урока: пение — церковный устав и основы веры. Вскоре он устроился псаломщиком в полтавском селе, а школу продолжил Иоаким Михайлович Берлянд. Позже, уже в школе для взрослых, он скажет: «Лёня все с легкостью начинает, а я потом продолжаю». Это была такая харизма: один с лёгкостью начинал самые невозможные проекты, а другой в течение десятилетий мог их продолжать…

С Полтавой опять ничего не вышло: «три брата» (К, Г и Б) ходили по пятам. Несмотря на то, что трудовая книжка была давно «потеряна», а в новой все последние места работы — сторож, шила в мешке утаить не удалось.

Началась перестройка. Дети растут — надо зарабатывать. Одним из первых в Киеве Леонид Цыпин открыл кооператив. Начались предпринимательские будни, при этом церковная его деятельность не прерывалась: несколько раз в неделю он преподавал катехизис и занимался оглашением. В какой-то момент он решил отрыть храм Константина и Елены на Подоле, использовавшийся под спортзал, нашёл того, кто сделает проект восстановления церкви, кто будет строить, кто даст на это денег. Удивительно, но заблокировали эту инициативу именно в епархии — секретарь тогдашнего митрополита Киевского и Галицкого Филарета Борис Табачек… Так этот храм до сих пор и не перестроен.

А в помещении кооператива стали появляться бородатые мужики учёного вида. Началась работа над «Тремя днями творения» — ему пришлось учить иврит и астрономию…

Между тем, у Бога были на него ещё и другие планы. Господь отправил Своего первопроходца в Германию, и не куда-нибудь, а в Рейн-Рур. Русских эмигрантов там было много, а храмов и пастырей мало, в основном это были немцы, содержащие храмы частично на свои деньги.

Попав в Дюссельдорфский немецкоязычный приход, он создаёт…  русский хор. Затем было рукоположение и открытие приходов в Вуппертале, Дортмунде, Касселе, Мендене, Ахене, Эссене. Занятия в Кёльне. «Нужно воцерковлять, открывать храмы, проводить лагеря!» — доказывал он на епархиальных собраниях. В ответ от «восточных отцов» (издавна, ещё со времён ГДР бывших здесь в долгой заграничной командировке) слышал: «Это не наша эмиграция — едут немцы и евреи»… Кто мог сказать тогда, что вскоре эти самые немцы и евреи составят ядро множества православных общин богохранимой страны Германской!

Он хотел открыть в Вуппертале семинарию. Владыка на это: «Кто будет ректором, у тебя нет даже семинарского диплома!» Пришлось ехать в Киев — сдавать экстерном за семинарию, академию, защищать диссертацию, получить степень доктора…

Поживи он ещё, кто знает — может, у нас бы было много священников-добровольцев, которые работали бы, а по воскресеньям служили в храмах, в каждом городе Рейнско-Рурского региона была бы православная церковь и приходская школа?

И здесь мы встаём перед загадкой: почему Господь вырвал его из гущи миссионерской деятельности и отправил к Себе, на Небеса? Ведь он умер раньше всех прихожан громадной общины Рейн-Рура, даже раньше бабушки Шуры…

Может быть, его всегдашнее призвание первопроходца — в том, чтобы о. Леонид и там открыл себе и другим новые измерения! Я думаю, я чувствую, что в ближайшее время он начнёт нас знакомить с Небесным. Известно несколько случаев, когда его близкие со-трудники обращаются к нему по вопросам устройства церковных дел и получают помощь. Да и жизнь в созданных им общинах начала как то меняться… Может быть, пока рано и даже слишком дерзко об этом говорить, но, услышав в Вуппертале чтение апостола по-русски, а в Дортмунде — чтение во всеуслышание тайных молитв, я понимаю: это он! Иногда меня радуют проповеди, начинания и поступки наших священников, которые раньше были им не свойственны, и я говорю себе: не иначе как о. Леонид исхлопотал для них этот дар…

Вениамин Цыпин

(продолжение следует)
————————-

¹⁾ Карпова Нина Николаевна. Родилась в 1895 г., Киев, русская, образование высшее, Педагог.
Окончила в конце 1940-х гг. Свято-Сергиевский Богословский институт в Париже, вернулась после войны на родину, прошла через арест, а затем посвятила себя религиозной проповеди среди молодёжи.